Наш человек в Гаване

Роман Грэма Грина Наш человек в Гаване (Our Man in Havana) вышел в 1958 году. Хотя Грин назвал книгу занимательным чтением, однако перед нами острый памфлет, своеобразный по форме и очень меткий, направленный против бредовых идей о мировой войне и против тех, кто эти бредовые идеи поддерживает и раздувает.

Наш человек в Гаване

Интрига здесь, как и в большинстве романов entertainment, построена по образцу произведений детективного жанра. Центральное место в сюжете занимает разоблачение тупости и вредной никчемности прославленного сикрет сервис — то есть британской разведки, фабрикующей дела и строящей свои открытия на вымышленных и дутых показаниях оплачиваемых шпионов, которые действуют в разных концах света. Но большая тема романа таится в том фоне, на котором развертывается смешная, на первый взгляд, история главного героя — Уормолда, скромного служащего фирмы, торгующей пылесосами, ставшего помимо своей воли и желания агентом британской разведки. События развертываются на Кубе в период, предшествующий падению кровавого режима Батисты. Грэм Грин рисует правдивую картину жизни страны — нищету ее народа, полицейский произвол, наэлектризованность атмосферы накануне неизбежных перемен, верно угаданных автором.

Своей вымышленной шпионской деятельностью, принимаемой лондонскими шефами на веру, Уормолд бессознательно помогает раздувать пожар военной истерии.

Наш человек в Гаване — сатирическое преувеличение, первая у Грина книга в подобном стиле. Сатирическая трактовка образов здесь очень часто переходит в гротеск, а местами граничит с буффонадой. Но в этой книге серьезный политический смысл. Подготовка третьей мировой войны, выгодной лишь для тех, кто живет по законам капиталистической конкуренции, и ненавистной миллионам, трактуется здесь как вторжение сумасшедшего дома в жизнь нормальных людей, как бредовый кошмар.

Не может удивить, что буржуазная критика Англии и Америки, стремившаяся отмолчаться от главного в Тихом американце, но писавшая все же о книге в духе сдержанной похвалы, с большим единодушием обрушилась на следующий роман Грина. Английские и американские рецензенты не пытались скрыть своего раздражения и осыпали Грина обвинениями и упреками.

Новое, наметившееся в творчестве Грина уже в Тихом американце, в Нашем человеке в Гаване было еще более очевидно и ощутимо. Здесь это новое также прежде всего сказалось в перемещении конфликта из сферы личных отношений в сферу отношений общественных и политических. Наш человек в Гаване пронизан вопросами современности, теми из них, которые сейчас волнуют вместе с автором все человечество. Из нового романа Грина исключено все то, что занимало огромное и принципиально очень важное место в его творчестве предыдущих лет. В этом романе, как и в других, есть и шпионы, и предатели, и убийства, и насилия, но интонация книги иная, чем прежде у Грина. Деятельность темных героев обращена в буффонаду, а сами темные герои фигурируют в чудовищном фарсе. В грандиозной издевке Грина прежние темные герои снижаются.

Они перестают играть ту роль, которая им была отведена в ранних книгах писателя.

Кульминационный момент произведения — обвинительная речь Уормолда на банкете, устроенном торгово-промышленной ассоциацией. Прозревший Уормолд, говорящий здесь о причинах, породивших истребительные империалистические войны, перестает восприниматься как один из персонажей фарса.

Интонация автора говорит о том, что за Уормолдом стоит сам писатель, увидевший, что военные приготовления, дипломатические ухищрения, деятельность разведки — все это лишь следствие одной-единственной причины — борьбы интересов и конкуренции.

Парадоксальная развязка романа (Уормолд получает награду за свою шпионскую деятельность тогда, когда обман уже раскрыт и известен начальству) позволяет читателю сделать любой вывод. Очень резкий в своей критике, Грин не готов идти дальше. И роман обрывается как бы на полпути.

Гибнет замечательный человек — доктор Гассельбахер, гуманист, посвятивший свою жизнь научным изысканиям ради блага человека. К очень горьким итогам приходит Беатриса, потерявшая веру во что бы то ни было: Они постарались разрушить нашу веру до основания (последняя глава Эпилог в Лондоне). Даже веру в безверие. Я уже не могу верить ни во что большее, чем мой дом, ни во что более абстрактное, чем человек…

Негативное в книге во много раз сильнее, чем позитивное.

Острая, яркая сатирическая трактовка образов определяет достоинства книги, в которой нет никаких конструктивных, что-либо утверждающих мотивов.

Рекомендуем

Грэм Грин

Грэм Грин

Тихий американец

Тихий американец

 

Об авторе
Поделитесь этой записью
Оставить свой комментарий

Пожалуйста, введите ваше имя

Ваше имя необходимо

Пожалуйста, введите действующий адрес электронной почты

Электронная почта необходима

Введите свое сообщение

Бонд на связи

Бонд и другие © 2015 Все права защищены

Крутой детектив

Яндекс.Метрика